БЛОГ

Пропущенные удары


В приемной дерматовенеролога, ссутулившись, сидит здоровенный коротко стриженый парень в черной кожаной куртке. В распахнутом вороте брусничного цвета рубахи на массивной золотой цепи маятником покачивается тяжелый крест. Парень ловит его, некоторое время поглаживает большим и указательным пальцами, затем снова отправляет в свободный полет. Все малоприятные процедуры на сегодня позади, в кабинете сейчас его жена. От слоновьей дозы антибиотиков горько во рту. Ноет исколотый низ живота. Мысли короткие и тяжелые, как удары в полновесный боксерский мешок. «Три года. Я ни с кем. Она?…» Под курткой рванулся и затрещал мобильник. Парня передернуло. «Бля-адь», - протянул он вполголоса и полез во внутренний карман.

- По ходу ехать придется, - без предисловий сообщила труба, - Подстраховать. По-разному может получиться.


- Я к двум буду.


- Добро.


Мобильник вернулся на место. Парень снова ссутулился, изучая собственные кулаки. На костяшках белели узкие шрамики. «Рана от зубов человека подолгу не заживает и часто гноится», - вспомнилось ему. Мысли возвращались на прежние адовы круги.


- Тебя как зовут? – вдруг услышал он. Снизу вверх на него смотрел неведомо откуда взявшийся мальчик лет четырех в коричневом китайском свитере с какой-то яркой наклейкой. В ручонке он сжимал маленькую пластмассовую машинку. Простой вопрос неожиданно поставил парня в тупик. Ни одна форма собственного имени, на которую он привык откликаться, явно не подходила, чтобы представиться четырехлетнему ребенку. Называть полное имя-отчество тоже казалось глупо.


- Саша, - сказал он наконец, и почему-то смутился. Так его называла только жена.


- А я – Сережа, - с достоинством отрекомендовался ребенок, - У меня мама здесь, - пояснил он. Сочтя условности законченными, Сережа заявил:


- Дядя Саша, сейчас мы будем играть, - тон его явно не допускал возражений.


Это сообщение снова повергло парня в состояние легкого ступора. «Я – дядя?», - удивленно подумал он и начал мысленно подсчитывать собственный возраст. Выходило никак не больше двадцати трех. Решить, тянет ли он в свои годы на социальный статус дяди, парень не успел. Китайская машинка уже неслась к нему по длинной деревянной скамейке. Машинально швырнув руку в сторону, он поймал игрушку. Затем осторожно, соразмеряя силу, катнул ее обратно…


…Минут через пятнадцать из кабинета показалась медсестра.


- Мам, а мы играем, - сообщил довольный ребенок.


- Сережа, опять ты... Достал он Вас? - вздохнула медсестра.


- Да ничего, - скрипнул кожанкой парень.


«Три года», - снова подумал он, - «Но, с другой стороны, могли ведь и до этого таскать. Говорили, скрытая форма часто бывает. Какая теперь разница?».


Жена выходила, поправляя джинсы. На лице ее мерцала тревога. Мазнула взглядом, ситуацию оценила мгновенно. Успокоилась.

Рассказы